г. Москва, Угловой переулок дом 27,    8 (499) 110-09-03
г. Мытищи, улица Рабочая дом 6,    8 (499) 110-09-03
Консультация врача
8 (499) 110-09-03
Вызвать врача
8 (499) 110-09-03

Милый, это интервенция!

Как мой муж поверил, что ему нужна помощь

У нас с Игорем всегда были спокойные доверительные отношения. Женой алкоголика я себя никогда не считала и искренне не понимала женщин, которые считали рюмки за своими мужьями, кричали при малейшем запахе перегара, нервничали и торопили их домой. В нашей семье все держалось в рамках: муж сам знал, сколько ему выпить, когда ему на работу, сколько времени должно пройти, чтобы можно было сесть за руль после выпитого. Алкоголь был своеобразным спасением для моего супруга, который просто не хотел никуда выходить из дома по выходным. Если звонили родственники и просили отвезти их куда-нибудь в субботу, Игорь быстро открывал бутылку пива и говорил, что не может никуда ехать. Иначе бы, как думал мой муж, от него не отстали.

С легкостью откажусь!

Иллюзию отсутствия проблемы усиливал выбор напитка.

– Ну пиво же ничего страшного! – говорил он. Много пива в выходные дни, бутылочка после работы, пара бутылочек после работы. Пьяным до визга мы его не видели, но абсолютно трезвым на наших глазах он тоже не был. Трезвость стала состоянием исключительно для работы и управления автомобилем. Тут я наконец-то начала осознавать проблему. Игорь не мог нас куда-то увезти с ребенком, не мог нормально проводить с нами время.

Постепенно ситуация дошла до серьезного разговора со всеми типичными заявлениями.

– Я могу без пива, это просто способ снять напряжение. Я с легкостью откажусь от алкоголя в любой момент!

– Тогда откажись прямо сейчас.

– Я могу, – Игорь сделал еще глоток из стакана.

– Ты можешь, – настаивала я.

– Я же сказал, – мой муж со злобой вылил остатки пива в раковину.

Милый, это интервенция!Дальше мы прожили две недели с трезвым и всем недовольным мужем и отцом. Ребенок плакал слишком громко, еда в доме, по его мнению, была недосоленной, недоваренной, а моя юбка слишком короткой. Ситуация усугубилась с его уходом отпуск. В один прекрасный момент я нашла супруга в половине третьего ночи пьяным и спящим под его машиной. Кое-как я привела Игоря в чувство и доволокла домой. После этого случая я окончательно убедилась, что нам нужна помощь, и начала искать контакты врачей. Так как я четко понимала, что мой муж откажется ехать в клинику, я решила вызвать специалиста на дом. Я очень надеялась, что после разговора со специалистом Игорь согласится на лечение. Это был мой единственный шанс.

Сама ты больная!

Доктор приехал в разгар семейного скандала. Планировался, конечно, спокойный разговор, но похмелье и мои взывания к разуму супруга плохо сочетались.

– У нас проблема, ее надо решать. Две недели непрерывной пьянки – это уже повод для медицинского вмешательства, – говорила я.

– Если кому-то и нужен врач, то точно не мне. Лично у меня все будет нормально, – кричал в ответ муж.

– Нормально уже не будет. Где ты в следующий раз проснешься?! – я отчаянно пыталась достучаться до его разума.

Между монологом о возможности проснуться в подворотне или не проснуться совсем я открыла дверь и поприветствовала врача. Муж отказался с ним разговаривать, но через некоторое время присоединился к нашей беседе. Сначала он пытался доказать, что проблемы нет и никогда не было. Я и сама была счастлива в это поверить при условии соответствия желаемого и действительного. Но потом начал со многим соглашаться.

Интервенция

Я тоже умею убеждать, особенно влиять на близких людей. Но, к сожалению, далеко не во всем. Доктор работал над страхами Игоря, я пожалела, что не дала ему больше информации перед всей этой беседой.

Что будет, если все это разовьется? Что чувствуют алкоголики с десятилетним стажем? Как прогрессируют провалы в памяти? Часто ли бывает в жизни, чтобы кто-то без посторонней помощи встал, отряхнулся и в одно прекрасное утро полностью забыл об алкоголе? Все вопросы задевали за живое, а рассказы о том, что чувствуют зависимые и их близкие люди попадали в точку. Все то же самое чувствовали мы. Беседа о целях, мечтах и приоритетах тоже была. Здесь я испытала чувство облегчения, потому что мой муж был достаточно амбициозным человеком. К сожалению, он все еще был уверен, что может самостоятельно отказаться от алкоголя.

Когда мой муж общался с доктором, я периодически делала вид, что занята своими делами, в какие-то моменты участвовала в беседе или просто внимательно слушала. Впоследствии, при общении с людьми, попавшими в аналогичную ситуацию, я узнала, что методы воздействия подбираются очень индивидуально под конкретную личность с ее приоритетами и страхами. В какие-то моменты казалось, что Игорь так и останется при своем «могу сам, проблема – пустяк». Но в какой-то момент лед тронулся.

Долгожданное лечение

Муж любит, когда проблемы решаются быстро. Поэтому перспектива скорейшего вывода из организма всего отравляющего и стабильность результата казалась ему очень заманчивой при любой оценке масштаба проблемы. Как выяснилось, срываться в гневе на семью ему самому уже порядком надоело и казалось слишком постыдным. Сначала муж хотел, чтобы период лечения совпал с его отпуском, но откладывать было нельзя. Беседа с врачом о плане лечения, необходимом количестве дней в стационаре и дальнейшей реабилитации казалась мне настоящим праздником. В какой-то момент мне показалось, что я отправляю мужа не на лечение, а на курорт. Звучит немного саркастично, но я действительно была счастлива, что в нашей семье снова наступит гармония.

На период лечения я тоже получила рекомендации, моя роль в восстановлении оказалась далеко не последней. Самое главное, что весь этот сложный период сделал нас ближе и честнее друг с другом. Ведь как было мне непросто осознать проблему близкого человека, так и ему свою собственную. Решать поставленные задачи не так уж и сложно. Не закрывайте глаза на проблему, иначе победа может быть не за вами.